Меню Закрыть

Несоразмерное наложение ареста на имущество

Имеют ли приставы право наложить арест на землю и здание, если долг намного меньше, чем данная недвижимость?

Если по Закону то не могут. Статьёй 4 ФЗ от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» установлены принципы исполнительного производства, одним из которых является принцип соотносимости объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения .
Кроме того, в соответствии с п. 5 ст. 69 ФЗ №229, должник вправе указать имущество, на которое он просит обратить взыскание в первую очередь.

Позиция судов общей юристикции и арбитражных судов такова, что несоразмерность стоимости арестованного имущества сумме долга является основанием для удовлетворении жалобы на действия судебных приставов. Но несоразмерность надо доказать Вам. Кроме того суд будет исходить из того, а есть ли другое имущество меньшей цены.

Соразмерность — это раз, все должно соблюдаться.

Кроме этого, можно требовать снятия ареста с имущества, т.к. есть брачный договор.

Пункт 5 статьи 4 Федерального закона № 229-ФЗ от 02.10.2007 г. «Об исполнительном производстве» (далее – Закона), устанавливает принципы исполнительного производства, среди которых присутствует принцип соотносимости объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 Закона, взыскание на имущество должника по исполнительным документам обращается в первую очередь на его денежные средства в рублях и иностранной валюте и иные ценности, в том числе находящиеся на счетах, во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях, за исключением денежных средств должника, находящихся на торговом и (или) клиринговом счетах. Взыскание на денежные средства должника в иностранной валюте обращается при отсутствии или недостаточности у него денежных средств в рублях.

(в ред. Федерального закона от 07.02.2011 N 8-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

Часть 4 указанной статьи гласит о том, что при отсутствии или недостаточности у должника денежных средств взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, хозяйственного ведения и (или) оперативного управления, за исключением имущества, изъятого из оборота, и имущества, на которое в соответствии с федеральным законом не может быть обращено взыскание, независимо от того, где и в чьем фактическом владении и (или) пользовании оно находится.

Согласно ч. 5 ст. 69 Закона, должник вправе указать имущество, на которое он просит обратить взыскание в первую очередь. Окончательно очередность обращения взыскания на имущество должника определяется судебным приставом-исполнителем.

В соответствии с ч. 6 Закона, если должник имеет имущество, принадлежащее ему на праве общей собственности, то взыскание обращается на долю должника, определяемую в соответствии с федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 80 Закона, Судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. При этом судебный пристав-исполнитель вправе не применять правила очередности обращения взыскания на имущество должника.

От себя хочу добавить, что арест имущества не является мерой принудительного взыскания, а всего лишь обеспечительной мерой, указанная мера должна быть отменена при полной оплате задолженности. Таким образом, наложить арест на недвижимость судебный пристав-исполнитель может без учета вышеуказанного принципа, а вот наложить взыскание на нее (т.е. продать) только с учетом указанного принципа. Я сам сталкивался с такой ситуацией, представляя интересы организации-должника в суде.

Наложение ареста на имущество как ограничение права собственности в российском уголовном судопроизводстве (Меженина Е.В.)

Дата размещения статьи: 30.06.2016

При производстве по уголовному делу вещь упоминается, как правило, в связи с ее изъятием у владельца либо ограничением права собственности на нее. При этом может быть ограничено не только право собственности (владения, распоряжения), но и фактическое владение (распоряжение) имуществом независимо от того, законно ли оно. Как известно, такой ограничительной мерой является мера принуждения — наложение ареста на имущество , состоящее в адресованном собственнику или владельцу имущества запрете распоряжаться и (если необходимо) пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение (ч. 2 ст. 115 УПК РФ).
———————————
Уголовный процесс: учеб. / под ред. В.С. Балакшина, Ю.В. Козубенко, А.Д. Прошлякова. М., 2011. С. 288.

Часть 1 ст. 115 УПК РФ является бланкетной, в ней содержится ссылка на ст. 104.1 УК РФ, подробно перечисляющую имущество, подлежащее конфискации. Оно включает в себя:
деньги, ценности, иное имущество, полученное в результате совершения преступлений;
результаты переработки, преобразования этих денег, ценностей или иного имущества;
источник финансирования (используемый или предназначенный) преступной деятельности (терроризм, экстремизм, незаконные вооруженные формирования, преступная организация);
орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому.
Перечисленное имущество подпадает под действие не только ст. 115 УПК РФ, но и ст. 81 УПК РФ, поскольку соответствует понятию «вещественные доказательства».
Законность владения вещью, конечно, важна, однако споры о ней должны рассматриваться в порядке гражданского судопроизводства. Тем не менее очевидно, что незаконное приобретение имущества как результат преступных действий не образует прав на него. В рамках производства по уголовному делу в первую очередь следует учитывать значение имущества для установления обстоятельств преступления и исполнения приговора, поэтому дознаватель, следователь обязаны обратиться в суд с ходатайством о наложении на это имущество ареста. Законодатель учитывает законность владения вещью обвиняемым (подозреваемым), однако незаконное использование ее либо денежных средств также позволяет ограничивать право собственности на них путем наложения ареста на имущество (ч. 3 ст. 115 УПК РФ).
Таким образом, уголовно-процессуальный закон дает возможность ограничивать имущественные права обвиняемого (подозреваемого) независимо от того, на законных основаниях он владеет вещью или нет. При этом должны соблюдаться два условия:
наличие достаточных данных о причастности лица к совершению преступления, в результате которого приобретена вещь (право собственности на нее) или денежные средства;
наличие достаточных данных об использовании вещи или денежных средств для совершения преступления.
Названным условиям отвечают категории имущества, подлежащего конфискации согласно ч. 1 ст. 104.1 УК РФ. Думается, все вместе они составляют единый предмет применения процессуального режима ограничения имущественных прав в уголовном судопроизводстве. Этот предмет можно обозначить общим понятием «имущество, прикосновенное к преступлению».
Необходимость доказывания причастности лица либо прикосновенности имущества к преступлению согласуется с ч. 1 ст. 115 УПК РФ, в которой говорится о наложении ареста на имущество только по судебному решению. Очевидно, что у следователя или дознавателя, обратившегося с таким ходатайством в суд, должны быть достаточные основания полагать, что имущество получено преступным путем либо использовалось для совершения преступления (ч. 3 ст. 115 УПК РФ). При рассмотрении ходатайства в порядке, предусмотренном ст. 165 УПК РФ, судье неизбежно придется коснуться вопроса о совершении преступления обвиняемым (подозреваемым), чтобы принять решение об ограничении его права на имущество путем наложения ареста.
В силу требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление о возбуждении ходатайства перед судом должно быть законным и обоснованным, а значит, следователь (дознаватель) обязан указать, на основании чего — каких фактов или документов — имущество признается прикосновенным к преступлению. Кроме того, к такому ходатайству необходимо приложить процессуальные документы, подтверждающие статус подозреваемого или обвиняемого, а также постановление о возбуждении уголовного дела. Поскольку законодатель предусматривает возможность установления принадлежности имущества в ходе предварительного расследования, к ходатайству следует приложить и документы, содержащие эти сведения.
Если имущество было добыто преступным путем, в обвинительных документах обязательно будет раскрыта объективная сторона преступления (как и у кого имущество похищено либо другим незаконным способом изъято). В случае использования имущества для совершения преступления следователю надо предоставить дополнительно сведения о собственнике вещи. Если собственник неизвестен, приобретает значение факт нахождения вещи, так как в силу ч. 3 ст. 115 УПК РФ арест может быть наложен на имущество, находящееся у других лиц. Исходя из этого положения можно сделать вывод, что для наложения ареста на имущество необязательно (не строго обязательно) знать, кому оно принадлежит. Ограничение права собственности применяется в целях, которые Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 октября 2014 г. N 25-П (далее — Постановление N 25) называет не иначе, как публично-правовыми, а именно в целях обеспечения возможной конфискации имущества, имущественных взысканий в виде процессуальных издержек, штрафа в качестве меры уголовного наказания, сохранности имущества, относящегося к вещественным доказательствам по уголовному делу, защиты субъективных гражданских прав лиц, потерпевших от преступления.
———————————
Постановление Конституционного Суда РФ от 21 октября 2014 г. N 25-П по делу о проверке конституционности положений частей третьей и девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью «Аврора малоэтажное строительство» и граждан В.А. Шевченко и М.П. Эйдлена // Рос. газ. 2014. 31 окт.

Приоритет этих целей перед целями защиты прав законного владельца подтверждается порядком рассмотрения ходатайства о наложении ареста на имущество: согласно ч. 3 ст. 165 УПК РФ в судебном заседании вправе участвовать прокурор, следователь и дознаватель. Непререкаемость этого приоритета подвергалась Конституционным Судом сомнению: он согласился с утверждением заявителей о том, что наложение ареста в порядке ст. 115 УПК РФ несоразмерно ограничивает право собственности при наложении ареста на имущество лица, не являющегося подозреваемым, обвиняемым по уголовному делу или гражданским ответчиком.
В то же время, устанавливая категории имущества, подлежащего конфискации, законодатель вводит ограничительное правило: имущество, переданное другому лицу, подлежит конфискации только в том случае, если приобретатель знал или должен был знать, что оно получено преступным путем (ч. 3 ст. 104.1 УК РФ). В гражданском законодательстве факт знания о происхождении имущества выступает признаком, по которому определяется добросовестность приобретателя. Согласно ст. 302 ГК РФ, а также в соответствии со сложившейся практикой добросовестный приобретатель должен в суде доказать, что он не знал и не должен был знать о том, что продавец не имел права отчуждать вещь, а также принял все меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение вещи . Употребляя в рамках уголовного судопроизводства несвойственные ему категории, законодатель вторгается в сферу гражданского права, где сложились как определенная правовая практика, так и представление о праве собственности и добросовестности владельца.
———————————
О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав: Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 29 апреля 2010 г. N 10/22 // Рос. газ. 2010. 21 мая.

Думается, регламентируя конфискацию имущества или его предварительный арест, правильнее было бы опираться на устоявшиеся правовые категории с учетом принятых решений в порядке гражданского судопроизводства. Более удачной представляется формулировка ч. 9 ст. 115 УПК РФ: арест, наложенный на имущество, отменяется, если его принадлежность установлена в ходе предварительного расследования и отсутствуют сведения от заинтересованного лица, подтвержденные соответствующими документами, о наличии спора по поводу принадлежности этого имущества. Таким образом, решение об отмене ареста может быть принято только тогда, когда принадлежность имущества известна и не оспаривается, при условии, что принадлежит оно не обвиняемому (подозреваемому) и не лицам, несущим за его действия материальную ответственность. При применении ч. 3 ст. 104.1 УК РФ, ограничивающей конфискацию имущества, законодатель требует, чтобы заинтересованное лицо доказало, что оно является добросовестным приобретателем, в рамках уголовного судопроизводства. Это очевидно, поскольку законодатель не говорит о рассмотрении гражданско-правового по сути спора в порядке гражданского судопроизводства, а перекладывает на само лицо бремя доказывания того, знало ли оно, должно ли было знать о происхождении имущества.
Отсутствие спора о принадлежности имущества, добытого в результате преступных действий, если оно есть собственность лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими материальную ответственность за их действия, — так можно сформулировать основание для отмены ареста на данное имущество или невозможности его конфискации. Эта формулировка внесет ясность в вопрос о передаваемом имуществе, право собственности на которое либо законность владения которым будут определены в порядке гражданского судопроизводства. Безусловно, добросовестность приобретения вещи ограничивает право государства на конфискацию имущества, а значит, частный интерес получает преимущество перед интересами общества (публичными интересами). В то же время добросовестность приобретения вещи должна быть доказана в порядке гражданского судопроизводства и подтверждена соответствующим решением.
Несогласованность норм права обусловливает возникновение противоречивой практики.
Басманный суд Москвы 29 апреля 2015 г. принял решение о наложении ареста на имущество Ц., обвиняемого по ч. 6 ст. 290 УК РФ (получение взятки в особо крупном размере) . В случае признания его виновным в совершении преступления в качестве наказания суд мог бы назначить согласно закону штраф в размере от восьмидесятикратной до стократной суммы взятки. Это решение обжаловали, поскольку часть арестованного имущества была зарегистрирована на родителей Ц. Жалоба рассматривалась в апелляционном порядке в Московском городском суде 16 сентября 2015 г. и была оставлена без удовлетворения, а решение Басманного суда — без изменения.
———————————
Петров И. Допросили 60 свидетелей // Рос. газ. 2015. 18 сент.
Решение Басманного районного суда г. Москвы по делу N 10-12836/2015 // URL: http://ww1.mos-gorsud.ru.

Очевидно, что суд принял решение в соответствии с ч. 3 ст. 115 УПК РФ, а основанием для его принятия могли послужить достаточные данные о том, что имущество приобретено в результате совершения преступления — получения взятки. В то же время основанием для обжалования этого решения могла бы стать ч. 9 ст. 115 УПК РФ. Здесь вступают в противоречие две нормы. Одна (ч. 3) предполагает арест имущества, при этом приоритет приобретает его процессуальное значение для производства по делу (связь с совершенным преступлением), другая (ч. 9), определяя процессуальную судьбу имущества, отдает предпочтение статусу собственности, подтвержденному документами.
Часть 9 ст. 115 УПК РФ выступает специальной по отношению к ч. 3 той же статьи. Она устанавливает, скорее, исключение из правила. Наличие решения, принятого в порядке гражданского судопроизводства, называется законодателем в числе условий отмены ареста, наложенного на безналичные денежные средства, находящиеся на счетах лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия. Арест отменяется только в том случае, если он был наложен в обеспечение гражданского иска и при бесспорно установленной принадлежности денежных средств.
Вызывает недоумение стремление законодателя оградить от ареста безналичные денежные средства, находящиеся на счетах в банках. Неясны причины, в силу которых особым образом защищен именно этот вид собственности и проигнорированы другие.
Представляется, что в первую очередь должны быть защищены права добросовестных владельцев, не являющихся участниками уголовного судопроизводства, независимо от вида собственности. Конституционный Суд в Постановлении N 25 рассмотрел среди прочих заявление В.А. Шевченко, проходящего службу в органах государственного пожарного надзора и непричастного к совершению преступлений. По месту службы он получил квартиру, но на нее органами расследования был наложен арест в связи с преступлениями, в совершении которых подозревался ряд должностных лиц Главного управления МЧС России по Ямало-Ненецкому автономному округу. Впоследствии фигуранты уголовного дела скрылись, производство по делу было приостановлено, а права добросовестного приобретателя оказались существенно ущемлены.
Н.А. Колоколов приводит в пример два судебных прецедента, в одном из которых предметом спора являлась картина Карла Брюллова «Христос во гробе», а в другом — деньги . Имущество было изъято у лиц, перевозивших его через границу без декларирования. Автор приходит к справедливому выводу о необходимости вернуть конфискацию как вид наказания, предусмотренный ранее, до изменений 2003 г., в ст. 52 УК РФ . Нельзя не согласиться с ним и в том, что часто для изъятия имущества используется ст. 81 УПК РФ, закрепляющая порядок собирания и фиксации вещественных доказательств по уголовному делу. В то же время целью применения этой статьи служит сохранение доказательства до окончательного разрешения уголовного дела, фактически преследуется цель обеспечения конфискации имущества. Нормы ст. 115 УПК РФ и ст. 104.1 УК РФ не позволяют изымать имущество, если доказана его принадлежность. В какой-то мере ст. 81 УПК РФ замещает отмененную ст. 52 УК РФ, однако подобная замена сомнительна с точки зрения правоприменения.
———————————
Колоколов Н.А. Предмет контрабанды: конфисковать или вернуть? // Уголовный процесс. 2015. N 10. С. 66.
О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ // Рос. газ. 2003. 8 дек.

Есть ли другой вариант решения проблемы? Представляется, что разрешение вопроса о конфискации имущества, связанного с преступлением, возможно в гражданско-правовом порядке. В деле о контрабанде картины уместно было бы поставить вопросы: как относится собственник картины к своему имуществу; дорога ли ему картина как произведение искусства, которое он в состоянии содержать и затраты на содержание которого согласен нести, или же это имущество является для него лишь средством для извлечения прибыли? Здесь имеет значение цель, с которой картину перемещали через границу. В упомянутом прецеденте собственник П. перевозил произведение Брюллова в РФ, чтобы продать его Русскому музею. Более того, он скрыл картину от таможенных органов, чтобы не платить за нее таможенную пошлину. То есть фактически П. отказался нести расходы, связанные с содержанием своего имущества. Как известно, в настоящее время картина находится в хранилище Русского музея и ее собственник за ней не возвращается, дабы не платить пошлину.
Отношение собственника к имуществу допустимо устанавливать в гражданско-процессуальном порядке. Если суд решит, что данное имущество для собственника лишь средство к получению прибыли, он может закрепить право собственности на картину, являющуюся культурным наследием и требующую надлежащих условий хранения, за Российской Федерацией с выплатой собственнику компенсации за вычетом таможенной пошлины. Можно предусмотреть переход из уголовного судопроизводства в гражданское для решения вопроса об определении юридической судьбы вещи в случае, если она была тем или иным образом связана с преступлением, совершаемым собственником, и в то же время имеет культурную или историческую ценность. Решение о передаче подобной вещи иному собственнику будет приниматься в порядке гражданского судопроизводства после вынесения окончательного решения по уголовному делу и вступления его в законную силу. Данный порядок целесообразен, только если вещь обладает культурной или исторической ценностью для общества и не являлась орудием преступления.
Второй прецедент, описанный Н.А. Колоколовым, касается перевозки через таможенную границу денежных средств, не принадлежащих самому перевозчику или полученных им недобросовестно. В этом случае в порядке гражданского судопроизводства могла бы быть установлена принадлежность денежных средств и цель их перемещения через границу. Разрешение вопроса в порядке гражданского судопроизводства может инициировать собственник либо другое заинтересованное лицо.
За соблюдение прав собственника в рамках производства по уголовному делу высказывается также А.С. Дежнев. Он предлагает вернуть в уголовно-процессуальный закон требование о присутствии собственника имущества или его родственников при аресте имущества, а также указывает, что уже арестованное имущество должно оставаться на хранении в первую очередь у родственников подозреваемого или обвиняемого или у него самого. В обоснование автор ссылается на факты, свидетельствующие о том, что имущество, оставленное на хранение у третьих лиц, чаще подвергалось растрате или повреждению .
———————————
Дежнев А.С. Совершенствование порядка наложения ареста на имущество при производстве по уголовным делам // Материалы XIII Междунар. науч.-практ. конф. с элементами науч. школы: в 2 ч. Ч. 2: Уголовное право, уголовный процесс и криминалистика. Челябинск, 2011. С. 143.

Думается, для решения данного вопроса полезно обратиться к теории С.С. Алексеева об отношении к имуществу как к своему. Так, можно было бы выявлять историю «отношения» лиц к имуществу после проведения его ареста (ст. 115 УПК РФ). Тот из родственников или знакомых подозреваемого, кто чаще всего пользовался имуществом по назначению и без причинения вреда другим лицам, нес бремя его содержания, заботился о нем, мог бы стать его хранителем хотя бы на время решения вопроса о дальнейшей судьбе имущества. Очевидно, что разумное владение и пользование имуществом, не говоря уже о распоряжении им, требует возникновения между собственником (владельцем) и вещью связи, подобной по своей сути интуитивному праву, о котором вел речь Л.И. Петражицкий .
———————————
Очерки философии права. Вып. 1: Основы психологической теории права. Обзор и критика современных воззрений на существо права. СПб., 1900. С. 98.

В.В. Хилюта также указывает, что предметом преступления против собственности все чаще являются уже не общественные отношения по защите экономических прав, а право собственности как субъективное право, что обусловлено заменой экономической концепции собственности правовой концепцией, учитывающей субъективное восприятие собственником своего имущества.
———————————
Хилюта В.В. Изъятие имущества из фондов собственника // Рос. юрид. журн. 2009. N 1. С. 137.

Защита добросовестного приобретения не должна действовать избирательно. В первую очередь следует защищать интересы потерпевших, а также добросовестных приобретателей, пострадавших от преступления. Для этого условия для освобождения имущества от ареста, изложенные в ч. 9 ст. 115 УПК РФ, необходимо распространить не только на безналичные денежные средства, но и на иное имущество добросовестных приобретателей, поскольку в дальнейшем это имущество конфискации не подлежит (ч. 3 ст. 104.1 УК РФ).

Арест и запрет

Постановление ВС РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» не разрешило всех вопросов, связанных с соразмерностью принимаемых мер в исполнительном производстве. Проанализируем подходы, выработанные в данном направлении на практике.

Правовой подход

В Федеральном законе от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» установлены два способа реализации судебным приставом-исполнителем своих полномочий: совершение исполнительных действий и принятие мер принудительного исполнения.

Мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу (ст. 68 Закона № 229-ФЗ).

Исполнительными являются действия судебного пристава-исполнителя, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе (ст. 64 Закона № 229-ФЗ).

Согласно п. 17 ч. 1 ст. 64 Закона № 229-ФЗ судебному приставу-исполнителю предоставлено право самостоятельно определять вид исполнительных действий, подлежащих применению в конкретной обстановке. При этом помимо исполнительных действий, перечисленных в п. 1–16 ч. 1 ст. 64 Закона № 229-ФЗ, в соответствии с п. 17 ст. 64 судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов.

Закон № 229-ФЗ устанавливает разный круг полномочий судебного пристава-исполнителя в случаях наложения ареста на имущество должника в качестве исполнительного действия (п. 7 ч. 1 ст. 64 Закона № 229-ФЗ) и в качестве меры принудительного исполнения (п. 5 ч. 3 ст. 68 Закона № 229-ФЗ).

Сохраняет актуальность правовой подход, сформулированный в Постановлении Президиума ВАС РФ от 28.10.2010 № 7300/10, согласно которому арест имущества должника, наложенный в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, в том числе в целях обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации, не относится к мерам принудительного исполнения. В качестве самостоятельной меры принудительного исполнения арест имущества может выступать лишь в случае, если исполнительное производство возбуждено на основании судебного акта об аресте имущества.

Соотносимость объема требований

Постановление ВС РФ от 17.11.2015 № 50 содержит следующие правила, определяющие соразмерность ареста в зависимости от стоимости арестованного имущества:

–арест считается соразмерным в случае, когда стоимость арестованного имущества не превышает размера задолженности по исполнительному документу, то есть арест имущества должника по общему правилу должен быть соразмерен объему требований взыскателя (п. 41);

– арест, превышающий размер задолженности по исполнительному документу, считается соразмерным в случае, когда должник не предоставил судебному приставу-исполнителю сведения о наличии другого имущества, на которое можно обратить взыскание, или подтверждено отсутствие у должника иного имущества, его неликвидность либо малая ликвидность (п. 41).

Следовательно, арест на имущество, стоимость которого превышает размер задолженности по исполнительному документу, не может быть принят до истечения срока для добровольного исполнения, поскольку должнику должно быть дано время для представления сведений о наличии у него ликвидного имущества.

Закон № 229-ФЗ не содержит критериев, которые устанавливают, во сколько раз стоимость дорогостоящего имущества может превышать объем требований взыскателя при отсутствии у должника иного ликвидного имущества, при этом правовая природа имущественных требований не учитывается.

Из Определения ВС РФ от 12.07.2016 № 88-КГ16-5 следует, что при отсутствии у должника иного имущества, на которое может быть обращено взыскание, законным является обращение взыскания на имущество, стоимость которого превышает сумму задолженности. По данному делу при объеме требований взыскателя в размере 724 959,62 руб. обращение взыскания осуществлено на недвижимое имущество в виде земельного участка и находящегося на нем строения общей стоимостью 8 323 000 руб., что в 11 раз превышает требование взыскателя.

В отсутствие ясных критериев для обеспечения баланса интересов должника и взыскателя целесообразно допустить применение по аналогии п. 1 и 2 ст. 348 ГК РФ, регулирующей обращение взыскания на заложенное имущество. Тогда взыскание следует допустить, если сумма требования взыскателя превышает 5% от размера стоимости имущества должника и период просрочки исполнения составляет более трех месяцев.

Стоит отметить, что противоречит закону наложение ареста на заложенное имущество по требованиям взыскателей, не являющихся залогодержателями в условиях отсутствия исполнительного документа об обращении взыскания на заложенное имущество (Определение ВС РФ от 29.06.2015 № 307-КГ15-6685 по делу № А21-3326/2014).

Запрет совершения регистрационных действий

Постановление ВС РФ от 17.11.2015 № 50 окончательно не разрешило вопросов о различии либо тождестве таких действий судебного пристава-исполнителя, как запрет совершать регистрационные действия (далее – запрет) и арест.

Из Определения КС РФ от 23.06.2016 № 1392-О следует, что запрет на совершение регистрационных действий в отношении имущества является элементом наложения ареста на имущество должника в качестве одного из исполнительных действий.

В научных исследованиях предлагается на законодательном уровне прямо закрепить положение, запрещающее применение иных мер обеспечительного характера в отношении недвижимого имущества вне рамок ареста 1 .

На практике сохраняется подход, согласно которому нельзя ставить знак равенства между арестом и такой самостоятельной мерой, как запрет совершать регистрационные действия, который имеет отличный порядок от процедуры, установленной законом для ареста (Постановление Арбитражного суда ЗСО от 20.12.2016 № Ф04-5832/2016 по делу № А03-24748/2015).

Верховный Суд РФ поддерживает позицию о том, что исполнительные действия по запрету регистрационных действий в отношении имущества, зарегистрированного на имя должника, не являются мерами принудительного исполнения, выступают своего рода обеспечительной мерой, не предусматривающей ограничение права должника и обращение на нее взыскания (Определение ВС РФ от 11.01.2016 № 78-КГ15-42).

Следовательно, запрет на регистрационные действия является исполнительным действием, выполняющим функции обеспечительной меры для сохранения возможности исполнения требования взыскателя, в том числе и в отношении заложенного имущества.

В Определении ВС РФ от 24.12.2015 № 306-КГ15-17055 по делу № А49-12030/2014 признаны несостоятельными доводы со ссылкой на невозможность наложения ареста на квартиру, находящуюся в залоге у банка и являющуюся единственным пригодным для проживания должника помещением, поскольку в данном случае запрет отчуждения квартиры был бы обеспечительной мерой, препятствующей должнику уклониться от исполнения судебного акта. Относительно процедуры принятия запрета указано, что судебный пристав-исполнитель должен контролировать получение и исполнение постановления о запрете отчуждения имущества должника.

Практика судов общей юрисдикции признает законным запрет регистрационных действий в отношении нескольких объектов недвижимости.

В Апелляционном определении Свердловского областного суда от 17.08.2016 по делу № 33а-13447/2016 признан законным запрет совершения регистрационных действий как с квартирой, находящейся в залоге у взыскателя, так и с квартирами, находящимися в залоге у других банков, и указано, что такой запрет не противоречит требованиям законодательства.

Изложенное подтверждает правильность вывода о том, что в действительности судебный пристав возбуждает исполнительное производство не только в интересах конкретного взыскателя, но и в интересах других лиц, которые могут предъявить должнику претензии, подтвержденные исполнительными документами 2 . Различие между арестом и запретом заключается в целях, на которые направлены данные меры, а не в форме их принятия.

Соответствие принципу соотносимости

Общим правилом применения запрета совершения регистрационных действий является его соответствие принципу соотносимости, но единый подход к порядку его реализации отсутствует.

Запрет может быть признан несоразмерным в случае, когда стоимость имущества, подлежащего запрету, значительно превышает размер задолженности по исполнительному документу.

В Определении ВС РФ от 23.01.2017 № 307-КГ16-18924 по делу № А56-87607/2015 запрет на совершение регистрационных действий в отношении объекта недвижимости признан несоразмерным, поскольку он многократно превышал размер исполнительского сбора.

Это подтверждает, что объем требований и стоимость подвергнутого запрету имущества имеют значение при оценке его законности, однако, какой размер следует считать чрезмерным, законом не установлено.

Из Постановления Арбитражного суда ВВО от 26.05.2016 № Ф01-1746/2016 по делу № А31-7925/2015 вытекает, что действия судебного пристава-исполнителя, наложившего запрет на осуществление регистрационных действий в отношении 49 объектов недвижимого имущества, являются чрезмерными и необоснованно ущемляют права должника, поскольку остаточная стоимость имущества, в отношении которого приняты меры, запрещающие регистрационные действия, значительно превысила сумму задолженности по сводным исполнительным производствам.

Но превышение стоимости подвергнутого запрету имущества не всегда указывает на незаконность принятых судебным приставом-исполнителем мер в виде запрета, так как может потребоваться от должника обоснование того, какие меры будут являться достаточными. Также на несоразмерность не указывает наличие ранее принятых судом обеспечительных мер по делу в рамках рассмотрения дела, по результатам которого выдан исполнительный лист.

Апелляционным определением Самарского областного суда от 25.11.2016 по делу № 33-15471/2016 подтверждена законность постановления судебного пристава-исполнителя от 10.08.2016 о запрете на совершение регистрационных действий в отношении принадлежащих должнику объектов недвижимого имущества – 35 земельных участков. Признаны несостоятельными доводы должника о том, что в рамках рассмотрения дела о взыскании задолженности судом в порядке обеспечения иска наложен арест на два земельных участка должника, стоимость которых соразмерна требованиям взыскателя, в связи с чем судебный пристав-исполнитель не вправе устанавливать ограничения в отношении иного имущества должника.

Суд посчитал, что требования исполнительного документа должником не исполнены, задолженность перед взыскателем в полном объеме не погашена, что административным истцом не оспаривается, ограничение его в распоряжении имуществом как способ понуждения к исполнению является соотносимой мерой, позволяющей сохранить баланс интересов сторон исполнительного производства.

По указанному делу судом отмечено, что наличие у должника двух земельных участков, на которые в рамках рассмотрения гражданского дела судом в порядке обеспечения иска наложен арест, не исключает права судебного пристава-исполнителя в рамках исполнительного производства установить запрет на совершение регистрационных действий в отношении иного имущества должника. Особо отмечается, что утверждение должника о том, что запрет препятствует ему в оформлении ипотеки на часть земельных участков, не свидетельствует о незаконности оспариваемого постановления, поскольку не лишает его права обратиться к судебному приставу-исполнителю с заявлением о снятии наложенного запрета, подтвердив такую необходимость соответствующими документами.

Заявление должника о несоразмерности

Должник в подтверждение несоразмерности принятых мер судебным приставом-исполнителем представляет сведения о наличии иного имущества, на которое впоследствии может быть обращено взыскание, и несет риск негативных последствий как в случае непредставления таких сведений, так и в случае отсутствия у него иного имущества либо малой ликвидности последнего.

На заявление должника о снятии запрета ввиду его несоразмерности со стороны судебного пристава-исполнителя должен быть дан мотивированный ответ с обоснованием причин отказа в удовлетворении данного заявления.

Апелляционным определением Алтайского краевого суда от 15.07.2015 по делу № 33-6433/2015 признана необходимость давать судебным приставом-исполнителем оценку изложенным должником в заявлении обстоятельствам о необоснованности принятых мер при вынесении постановления о запрете. Доводы о том, что на судебного пристава-исполнителя не возложена обязанность до вынесения постановления о запрете регистрационных действий запрашивать какие-либо документы о стоимости недвижимого имущества, подлежат отклонению, поскольку данные обстоятельства не освобождают судебного пристава-исполнителя от соблюдения установленных законом принципов исполнительного производства.

Таким образом, до настоящего времени остается актуальной задача установления ясных критериев соответствия принимаемых судебным приставом-исполнителем мер обеспечения принципу соотносимости.

1 Гайфутдинова Р.З. Обращение взыскания на недвижимое имущество в исполнительном производстве: дисс. к. ю. н. 2015.

2 Чегоряева П.А., Нестолий В.Г. Нотариальная модель исполнительного производства // Нотариус. 2016. № 4.

Защита имущества от ареста

Сразу сделаем уточнение, речь идет о том, как защитить своё имущество нажитое честным трудом и никак не о руководстве к действию для мошенников.

В интернете много статей по вопросу «как защитить имущество от ареста», но под давлением растущей кредитной задолженности, а именно о ней всё чаще мы слышим из средств СМИ, идет «закручивание гаек». Так Верховный суд напомнил, арестовать единственное жилье могут (Постановление Пленума Верховного суда РФ от 17.11.2015 года № 50). Раньше суды довольно часто отказывали в применении подобных обеспечительных мер (ареста), мотивируя это тем, что на данное жилье нельзя обратить взыскание, по крайней мере, пока оно является единственным и должники пользовались данной возможностью в виде «дарения» жилья родственникам, продажи целиком или части, прописывали пару-тройку человек и т.д.

Как говорится в документе, арестовать могут и квартиру, находящуюся в совместной собственности должника и другого лица, если доли в ней не выделены. Правда, в этом случае, закон позволяет разделить имущество. А вот если арест налагается на земельный участок, то с молотка могут пустить ту часть, которая превышает предельные минимальные размеры предоставления земли и использование которой не связано с удовлетворением потребностей должника и его семьи. Лишней землей придется пожертвовать и в том случае, если зарплата должника слишком мала, чтобы рассчитаться в разумный срок.

Верховный суд также разъяснил еще одну норму: по закону стоимость арестованного имущества должна быть соразмерна объему взыскания. То есть, если человек, который должен сто тысяч рублей, располагает квартирой, которая стоит десять миллионов, арест на такое имущество по общему правилу налагаться не должен. Однако в документе указано, что в крайнем случае такая мера может быть применена — если должник не выказывает желания рассчитаться с кредиторами. Арест дорогого имущества может быть признан несоразмерным, если у человека есть другое имущество, которое можно арестовать.

Не доводите до таких мер, как можно раньше проконсультируйтесь с юристами о том, что можно сделать в вашей ситуации. Решать подобные вопросы всегда проще на ранних этапах, т.е. как минимум до судов, это и меньше нервотрепки и дешевле в пересчете на конечный результат.

Вернемся к вопросу защита имущества от ареста. Для начала, что есть имущество? Имущественное право включает в себя три компонента: владение, пользование и распоряжение. Наложение ареста означает, что владелец теряет право распоряжаться своим имуществом: продавать его, дарить, сдавать в аренду, прописывать родственников. Но он по-прежнему остается владельцем и по-прежнему может жить в своей квартире, пользоваться своим имуществом.

Наложение ареста на имущество является наиболее действенной из всех мер принудительного исполнения, вследствие чего, является мерой часто применяемой судебными приставами.

В соответствии с ч.1 ст.80 ФЗ «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования от имущественных взысканиях, вправе наложить арест на имущество должника:
Вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом определяются судебным приставом-исполнителем в каждом случае с учетом свойств имущества, его значимости для собственника или владельца, характера использования, о чем судебный пристав-исполнитель делает отметку в постановлении о наложении ареста на имущество должника и (или) акте о наложении ареста (описи имущества).

Арест на имущество должника применяется: для обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации; при исполнении судебного акта о конфискации имущества; при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество, принадлежащее должнику и находящееся у него или у третьих лиц.

Есть исключения, так например, нельзя арестовать имущество, находящееся в залоге и служащее гарантией для исковых требований взыскателя, который не имеет первенства перед держателем залога в плане взыскания задолженности (часть 3.1 добавлена Федеральным законом 06.12.2011 N 405-ФЗ).

Как проходит сам процесс ареста имущества. Процедура ареста имущества происходит с привлечением приставом понятых. Они не требуются в тех случаях, когда процедуру проводит регистрирующий орган, либо арестовываются денежные активы, имеющиеся в наличии на банковских счетах или счетах кредитной компании, при проведении ареста ценных бумаг и денег, имеющихся у рыночного дельца на счетах, упомянутых в Федеральном законе (статьях 73 и 73.1). Во всех остальных случаях присутствие понятых необходимо и требуется оформление акта о назначении ареста (перепись имущества). Согласно нормам Федерального закона, датируемого 19.07.2009 под № 205-ФЗ в этом акте должны присутствовать:

1. ФИО всех участвовавших в аресте имущества;
2. Название предметов, имущественных прав, вписываемых в акт, описание, характеристики вещей либо документация, доказывающая имущественное право;
3. Заблаговременно сделанная оценка ценности любых предметов или имущественных прав, упомянутых в акте. Требуется оценка совокупной стоимости арестовываемого имущества;
4. Вид, размер и время приостановления права использования имущества;
5. Запись об изымании имущества;
6. Ответственный, выбранный приставом, который будет отвечать за сбережение вещей, адрес этого лица;
7. Запись о том, что лицу, отвечающему за сбережение имущества, пояснены его обязанности и этот человек предупрежден о последствиях траты, укрывательства, противозаконной передачи имущества. Такая особа должна подписаться под этим предупреждением;
8. Заявления, требования особ, участвовавших во время процедуры ареста.

Под актом о назначении ареста имущества (перепись имущества) ставят свою подпись пристав – исполнитель, понятые, особа, которой поручена охрана перечисленного имущества и другие особы, участвовавшие во время данной процедуры. Если кто — либо из этих людей не желает ставить свою подпись под актом (переписью), об этом следует сделать соответствующую пометку.

Копии постановления и акта (перепись имущества), оформленные судебным приставом о назначении ареста имущества доставляются сторонам – участникам процесса. Кроме этого необходимо доставить документы в отделение банка (кредитную компанию), рыночному дельцу в области ценных бумаг, в регистрирующий орган, должнику, владельцу государственной и городской собственности, прочим участникам процесса не позже дня, идущего за днем создания постановления или оформления акта. Во время изымания имущества такая документация должна быть доставлена без промедления.

Постановление о назначении (аннулировании) ареста средств на арестовываемую недвижимость должника, акт (перепись) либо информация из акта и постановления в течение трех дней (отсчет со дня составления постановления) доставляются в орган регистрации в электронном виде посредством электронной связи между ведомствами ( ч.8 внесена Федеральным законом, датируемым 03.12.2011 под N 383-ФЗ).

На время ареста запрещено управлять имуществом, а также при большой надобности, запрещается пользоваться этими средствами и изымать их. Исходя из характеристик имущества, из того насколько оно важно для владельца, каким образом оно использовалось, пристав – исполнитель в определенных ситуациях самостоятельно устанавливает вид, размер и время приостановления прав на пользование арестованными средствами. Все эти моменты пристав описывает в постановлении о назначении ареста на средства и в акте о назначении ареста (перепись имущества), (Федеральный закон, датируемый 03.12.2011 под № 389-ФЗ). Теперь поговорим о случаях, когда судебные приставы-исполнители допускают серьезные ошибки при наложении ареста. Речь идет преимущественно об аресте имущества, находящегося в месте жительства должника, квартира или дом где он состоит на регистрационном учете, но не принадлежащему самому должнику (речь не просто о ноутбуке, это касается и оборудования, товара и иных вещей находящихся в производственном, торговом помещении). Представьте в какой ситуации окажется собственник арестованного оборудования, которое не принадлежит должнику, с которым ничего сделать нельзя пока не снят арест.

Ситуация с наложением ареста на имущество, не принадлежащее должнику будет иметь наиболее благополучный исход в том случае, если судебному приставу-исполнителю до начала проведения ареста заинтересованное лицо предъявит необходимый комплект убедительных правоустанавливающих документов на такое имущество. В этом случае, арест может вообще не состояться. Если же судебный пристав-исполнитель примет решение об ареста спорного имущества, в акте о наложении ареста (описи имущества) должна быть в обязательном порядке сделана отметка о несогласии с указанием на представление судебному приставу-исполнителю правоустанавливающих документов для обозрения или вручение последнему копий.

В случае возникновения подобных случаев, обращаемся к Статье 442 ГПК РФ. Защита прав других лиц при исполнении судебного постановления либо постановления государственного или иного органа.

Где: п.1. ст.442 ГПК РФ, в случае допущения судебным приставом-исполнителем при производстве ареста имущества нарушения федерального закона, которое является основанием для отмены ареста независимо от принадлежности имущества должнику или другим лицам, заявление должника об отмене ареста имущества рассматривается судом в порядке, предусмотренном статьей 441 настоящего Кодекса. Такое заявление может быть подано до реализации арестованного имущества.

Доказательствами, подтверждающими факт принадлежности спорного имущества не должнику, а иному лицу – действительному собственнику, могут служить следующие документы:  товарные и кассовые чеки;

— товарные накладные;
— товарно-транспортные документы;
— акты приема-передачи;
— кассовые книги;
— приходные и расходные кассовые ордера;
— счета-фактуры;
— гражданско-правовые договоры;
— иные бухгалтерские и товарные документы.

Согласно ч. 2 ст. 442 ГПК РФ, положениям приведенной статьи заявленный лицами, не принимавшими участия в деле, спор, связанный с принадлежностью имущества, на которое обращено взыскание, рассматривается судом по правилам искового производства.

Иски об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) предъявляются к должнику и взыскателю. В случае, если арест или опись имущества произведены в связи с конфискацией имущества, в качестве ответчиков привлекаются лицо, чье имущество подлежит конфискации, и соответствующий государственный орган. В случае, если арестованное или включенное в опись имущество уже реализовано, иск предъявляется также к приобретателю имущества.

В случае удовлетворения иска о возврате реализованного имущества споры между приобретателем имущества, взыскателем и должником рассматриваются судом по правилам искового производства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» правом на обращение в суд с иском об освобождении имущества от ареста наделен не только собственник, но и иное заинтересованное лицо (законный владелец, не владеющий залогодержатель и т.п.).

Следует отличать освобождение имущества от ареста как способ защиты прав лица, не принимавшего участия в деле, от оспаривания должником постановления судебного пристава-исполнителя о наложении ареста по правилам главы 23, 25 ГПК РФ и ст. 441 ГПК РФ. Приведем особенности каждого из этих способов в следующей таблице.