Меню Закрыть

Нарушение профессиональных прав адвокатов

Воспрепятствование адвокатской деятельности и нарушение профессиональных прав адвокатов

Согласно ч.3 ст. 123 Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Ст.15 УПК РФ также посвящена принципу состязательности, распространяющему своё действие на все стадии процесса. Однако вряд ли можно говорить о состязательности и равноправии, если одной стороне за счёт имеющегося у неё властного ресурса дозволяется подавлять законные инициативы другой стороны.

Нормативно вопрос о недопустимости воспрепятствования адвокатской деятельности решён и на международном, и на национальном уровне. Так, из п.16 Основных положений о роли адвокатов (приняты Восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступлений, проходившим в августе 1990 года в Нью-Йорке) следует, что адвокату должна быть обеспечена возможность исполнять профессиональные обязанности без запугивания, препятствий, беспокойства и неуместного вмешательства. Согласно п.1 Рекомендаций Комитета Министров Совета Европы о свободе осуществления профессии адвоката от 25 октября 2000 года № R (2000) государствам-членам Совета Европы следует принять все необходимые меры в целях соблюдения, защиты и продвижения свободы осуществления профессии адвоката при отсутствии дискриминации и неправомерного вмешательства со стороны государственных органов или общественности, в частности, в свете соответствующих положений Европейской конвенции о правах человека. Ст.18 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 31.05.2002 года № 63-ФЗ гласит, что вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с действующим законодательством, либо препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом, запрещаются.

Несмотря на процитированные положения, со стороны сотрудников правоохранительных органов, а подчас и судов продолжают допускаться нарушения, которые неизбежно сказываются на нормальном осуществлении адвокатами своей деятельности в рамках защиты по уголовным делам.

Хрестоматийный способ избавиться от «неудобного» адвоката – его допрос в качестве свидетеля. В этой ситуации защитник, во-первых, обязан довести до следователя правовые позиции Конституционного Суда РФ, изложенные в определениях от 06.07.2000 №128-О и от 29.05.2007 года № 516-О-О, о недопустимости допроса адвоката в качестве свидетеля, отказаться от участия в допросе и тем более от подписания протокола допроса. Во-вторых, адвокат может обжаловать действия следователя в порядке ст.125 УПК РФ. Наконец, адвокату необходимо известить о произошедшем региональную адвокатскую палату.

Ещё один способ провести следственные действия без «неудобного» адвоката – пригласить с нарушением «правила 5 суток» (ч.3 ст.50 УПК РФ) адвоката по назначению «в обход» адвоката по соглашению. При этом следователь вводит обвиняемого в заблуждение относительно законности таких манипуляций или вопреки его отказу от назначенного защитника.

Оригинальный способ устранения неудобного адвоката от участия в процессе подчас используется в судах, когда адвокат занимает активную защитительную позицию, входя в острый процессуальный конфликт не только к государственным обвинителем, но и судом, препятствующим стороне защите в постановке «неудобных» вопросов свидетелям обвинения или критике доказательств обвинения, их допустимости или достоверности. В качестве обоснования подобных отстранений адвокатов от участия в деле суды ссылаются на ч.2 ст.258 УПК РФ, согласно которой «при неподчинении обвинителя или защитника распоряжениям председательствующего слушание уголовного дела по определению или постановлению суда может быть отложено, если не представляется возможным без ущерба для уголовного дела заменить данное лицо другим».

Таким образом, суд при толковании ч.2 ст.258 УПК РФ придаёт решающее значение используемому в ней слову «заменить», расценивая его как допускающее по усмотрению судьи замену защитника по соглашению вопреки воле подсудимого. Однако ключевой является фраза «без ущерба для уголовного дела», которая должна трактоваться, в том числе, как «без ущерба для права на защиту». Право на защиту является конституционным (ст.48 Конституции РФ), а ст.18 Конституции РФ предписывает, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов. Кроме того, согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 08.02.2007 №251-О-П, «реализация права пользоваться помощью адвоката (защитника) на той или иной стадии уголовного судопроизводства не может быть поставлена в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело».

Отстранение от участие в деле адвоката, с которым у обвиняемого заключено соглашение, выработана линия защиты и проведена скрупулёзная подготовительная работа к процессу, неизбежно влечёт нарушение права на защиту в его сущностном, а не формальном смысле. Принцип «раз есть какой-нибудь адвокат – право на защиту соблюдено» неприемлем. Подобные случаи должны однозначно расцениваться судами проверяющих инстанций как нарушение права на защиту, а приговоры – отменяться.

Помимо «кардинальных» методов устранения «неудобных» защитников из процесса, существует несколько способов усложнить работу чрезмерно – по мнению сотрудников правоохранительных органов – активному адвокату.

Во-первых, это недопуск адвокатов к подзащитным. При этом в качестве правового обоснования для таких манипуляций подчас используется ссылка на ч.2 ст.49 УПК РФ, согласно которой «в качестве защитников допускаются адвокаты». Акцентируя внимание на слове «допускаются», следователи и сотрудники УФСИН РФ полагают, что для вступления адвоката в дело, а равно для встречи с подзащитным необходимо некое «разрешение» или «допуск». Однако согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 25.10.2001 №14-П «выполнение адвокатом, имеющим ордер … на ведение уголовного дела, процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, основанного на не перечисленных в уголовно – процессуальном законе обстоятельствах, исключающих участие этого адвоката в деле». Положения закона «не предполагают какого-либо особого – разрешительного – порядка такого вступления [адвоката в дело] и, следовательно, не должны служить основанием для лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, принимать правоприменительные акты, разрешающие защитнику участвовать в деле». КС РФ подчеркнул, что какое-либо «требование обязательного получения адвокатом (защитником) разрешения от лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, на допуск к участию в деле означает, по существу, что подозреваемый и обвиняемый могут лишиться своевременной квалифицированной юридической помощи, а адвокат (защитник) – возможности выполнить свои профессиональные и процессуальные обязанности».

Еще одна проблема: нарушение конфиденциальности общения с подзащитными.

Прослушивание бесед адвокатов и их доверителей в СИЗО, de jure прямо запрещёно законом (ч.2 ст.18 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»), но de facto эти факты трудно обнаружить и, следовательно, обжаловать.

Однако, есть ситуации, которые при их очевидности не всегда расцениваются отечественными правоприменителями как нарушающие адвокатскую тайну. Так, расположение в залах судебных заседаний мест для адвокатов, конвойной службы и защитных кабин (клеток) для подсудимых подчас препятствует общению с доверителями по ходу процесса. Например, при рассмотрении первого «дела «ЮКОСа» адвокатам не разрешалось подходить ближе, чем на 50 см к своим клиентам, когда они хотели поговорить с ними. При этом конвойные всегда стояли в непосредственной близости от них. При таких обстоятельствах Европейский Суд правам человека констатировал нарушение ст.6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод из-за умаления тайны устных и письменных контактов подзащитных с адвокатами.

По делам, имеющим общественный резонанс, следователи могут использовать предельно неконкретные положения ст.161 УПК РФ, отбирая у адвокатов подписки о неразглашении. С мотивировкой «в интересах следствия» следователи «закрывают» возможность адвоката комментария практически все обстоятельства проводимого расследования. При этом пресс-службы правоохранительных органов вольны формировать общественное мнение в удобном для себя ключе.

Проблемы для защитника правоохранители могут создать путем обыска в адвокатском образовании или в его жилище или автомобиле. Поэтому адвокатам необходимо знать, что в постановлении Конституционного Суда РФ от 17.12.2015 № 33-П были сформулированы следующие гарантии адвокатской тайны от «взлома». Для обыска, проводимого у адвоката (будь то офис или квартира), предварительно должно быть постановление суда. Последующий судебный контроль уже проведенного обыска недопустим. В постановлении суда должно быть четко указано, что именно подлежит изъятию, чтобы отграничить искомое как от других материалов адвокатского производства обыскиваемого адвоката, так и от производств других адвокатов; изымать прямо не указанное в постановлении запрещено. Если адвокат добровольно выдал искомое – у следователя отпадает основание для поиска указанных в судебном решении объектов. Запрещено фиксировать материалы адвокатских производств, которые составляют адвокатскую тайну.

Полный текст статьи размещён на сайте журнала «Уголовный процесс» в режиме платного доступа.

О нарушении прав адвокатов и авторитете адвокатуры

Резолюция № 2 Третьего Всероссийского съезда адвокатов

5 апреля 2007 г., г. Москва

Третий Всероссийский съезд адвокатов отмечает особую важность соблюдения профессиональных прав адвокатов и поддержания престижа адвокатской профессии.

Положения статьи 3 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» определяют адвокатуру как институт гражданского общества, не входящий в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления, действующий на основе принципов независимости, самоуправления и корпоративности.

Адвокатура была и остается важнейшим демократическим институтом российской правовой системы. Адвокаты осуществляют конституционную функцию по оказанию гражданам квалифицированной юридической помощи и участвуют в осуществлении правосудия, являясь его неотъемлемой составляющей. Поэтому престиж правосудия в значительной мере зависит и от престижа адвокатской профессии, авторитета адвокатуры.

К сожалению, в последнее время наметилась тенденция пренебрежения правоохранительных и правоприменительных государственных органов к адвокатуре, нарушения профессиональных прав адвокатов, все чаще слышны призывы к ограничению независимости адвокатуры. В последние годы адвокатов не представляют к награждению государственными наградами, к присвоению почетного звания «Заслуженный юрист Российской Федерации». Вследствие такого отношения к адвокатуре впервые отмечается снижение престижа адвокатской профессии, адвокатский статус теряет привлекательность.

Множатся нарушения прав адвокатов и гарантий их независимости при осуществлении профессиональных обязанностей. Не прекращаются посягательства на адвокатскую тайну, в нарушение закона и постановлений Конституционного Суда РФ предпринимаются попытки допросить адвокатов в качестве свидетелей, обыскать служебные и жилые помещения адвокатов, произвести в отношении адвокатов оперативно-розыскные мероприятия.

Согласно отчетам адвокатских палат субъектов РФ и данным Комиссии по защите профессиональных и социальных прав адвокатов при Совете ФПА РФ в 2005 г. зафиксировано 458 случаев нарушения профессиональных прав адвокатов, а в 2006 г. — уже 611, в том числе случаев неправомерного вмешательства в адвокатскую деятельность и воспрепятствования этой деятельности в 2005 г. — 139, а в 2006 г. — 487.

Только половина жалоб на нарушение прав адвокатов удовлетворяется прокурорами и судами, что существенно расходится с экспертными оценками советов адвокатских палат.

Адвокатскими палатами во множестве фиксируются факты воспрепятствования профессиональной деятельности адвокатов со стороны следственных органов и администрации СИЗО и ИВС, которые не допускают адвокатов для свидания с подзащитными, игнорируя прямые предписания закона и постановления Конституционного Суда РФ.

Для предоставления свиданий с подзащитными от адвокатов незаконно требуют письменных разрешений следователей. Адвокатов вынуждают кроме ордеров представлять письменные ходатайства о допуске к участию в деле и передавать их через канцелярию следственного органа. Ответы адвокатам направляют по почте. Обвиняемые и подозреваемые, находящиеся под стражей, лишаются своевременной профессиональной защиты.

Занятие адвокатской профессией расценивается некоторыми государственными чиновниками чуть ли не как порочащий фактор. Например, адвокатам препятствуют занимать судейские должности, а если у претендента на должность судьи ближайшие родственники адвокаты, это также становится препятствием для осуществления права на профессию. Так, в 2006 г. лишь в Приморском крае 15 адвокатов вынужденно отказались от статуса, чтобы не создавать проблем для карьеры родственников — судей. Эту порочную практику невозможно обжаловать, поскольку она основана на устных указаниях.

Складывающаяся ситуация не отвечает демократическим принципам правового государства и вызывает озабоченность адвокатского сообщества.
В целях защиты профессиональных прав адвокатов и повышения престижа адвокатской профессии Съезд считает необходимым:

1. Обратить внимание:

1.1) правоохранительных органов, органов предварительного следствия, прокуратуры и судейского сообщества:

— на недопустимость нарушения профессиональных прав адвокатов и принижения престижа адвокатской профессии и авторитета адвокатуры в целом, что ведет к нарушениям прав граждан и подрыву престижа правосудия;

— на недопустимость препятствий к занятию судейских должностей адвокатами и лицами, ближайшими родственниками которых являются адвокаты, что фактически является запретом на профессию;

1.2) Федеральной регистрационной службы, Министерства юстиции РФ — на соблюдение гарантий независимости и самоуправления адвокатуры.

2. Адвокатам и советам адвокатских палат субъектов РФ:

— руководствоваться Рекомендациями по обеспечению адвокатской тайны и гарантий независимости адвоката при осуществлении адвокатами профессиональной деятельности, принятыми Советом ФПА РФ 10 декабря 2003 г. (протокол № 4);

— сообщать в Совет ФПА РФ о каждом случае воспрепятствования к занятию судейских должностей адвокатами и лицами, ближайшими родственниками которых являются адвокаты;

— считать решение проблемных вопросов защиты профессиональных прав адвокатов, гарантий их профессиональной независимости одним из приоритетных направлений деятельности советов адвокатских палат;

— не оставлять без реагирования случаи нарушения профессиональных прав адвокатов, умаления престижа адвокатской профессии и авторитета адвокатуры в целом.

Нарушение прав адвокатов: опубликованы отчеты

22.05.2018 13:49

Комитет защиты прав адвокатов Национальной ассоциации адвокатов Украины подготовил отчеты круглых столов о защите профессиональных прав адвокатов.

В данных отчетах представлена ​​наиболее распространенная практика нарушения профессиональных прав адвокатов и механизмы противодействия давления на адвокатов со стороны правоохранительных органов, сообщает «ЗиБ».

В сборниках содержатся доклады участников круглого стола «Игра вне правил: проблемные вопросы предъявления подозрения специальном субъекту и его обоснованность».

В настоящее время адвокаты часто попадают в орбиту уголовного судопроизводства в качестве объектов уголовного производства. Как стороной обвинения, так и представителями судейского корпуса не придерживаются те элементарные вещи, связанные с положениями Уголовного процессуального кодекса.

В связи с этим в документе изложены различные подходы применения положений закона «Об адвокатуре и адвокатской деятельности» и Уголовного процессуального кодекса, которыми установлен порядок вручения подозрения адвокатам.

Второй сборник составлен по результатам круглого стола «Права адвокатов и гарантии адвокатской деятельности в контексте судебной реформы», в котором освещены права адвокатов в контексте систематических нарушений процессуальных сроков при рассмотрении ходатайств.

Ознакомиться с отчетами можно по следующим ссылкам:

Нарушение профессиональных прав адвокатов

Об этом сообщает пресс-служба Национальной ассоциации адвокатов Украины.

Онлайн-обращение в Комитет упростит процедуру подачи и рассмотрения сообщений адвокатов по поводу ситуаций, в которых возникают препятствия для осуществления профессиональной деятельности.

Внедрение такой формы также позволит усовершенствовать сбор статистической отчетности о количестве нарушений прав адвокатов по всей стране, которые в дальнейшем будет использоваться для подготовки тематических отчетов Комитета, а также информирования европейских правовых институтов о состоянии соблюдения прав адвокатов в Украине.

Онлайн-форма заявления содержит поля, обязательные к заполнению:

  1. ФИО адвоката, адрес рабочего места, к какому совету адвокатов региона прикреплен, контактный телефон, адрес электронной почты.
  2. Ссылка на извлечение о данных адвоката с ЕРАУ.
  3. Краткое изложение обстоятельств с указанием времени и места происшествия.
  4. Сведения о лицах или органах, нарушивших права адвоката или гарантии профессиональной деятельности.
  5. Какие права адвоката или гарантии профессиональной деятельности нарушены.
  6. Обоснование, в чем именно заключается нарушение профессиональных прав или гарантий адвокатской деятельности.
  7. Обращались ли Вы по поводу таких нарушений гарантий адвокатской деятельности в совет адвокатов региона, если да, то какие меры реагирования были ею приняты.
  8. Предложения по реакции на обращение в Комитет защиты прав адвокатов и гарантий адвокатской деятельности, в чем конкретно может заключаться помощь адвокату, права которого нарушены.
  9. При необходимости — загрузка файлов в подтверждение изложенных обстоятельств (максимальное количество к загрузке 10 файлов размером до 2 МБ)
  10. Поле для клика о согласии с текстом следующего содержания:

Правила адвокатской этики и Положения о Комитете защиты прав адвокатов и гарантий адвокатской деятельности мне известны. Изложенные мною сведения о нарушении профессиональных прав и гарантий адвокатской деятельности соответствуют действительности, обоснованные основания для обращения в Комитет по поводу таких нарушений имеются. В соответствии с Законом Украины «О защите персональных данных» даю ​​согласие на обработку моих персональных данных, сообщенных мною при представлении этого заявления. Подтверждаю согласие клиента на использование сведений, указанных в заявлении.

«Нарушения прав адвокатов приобрели будничный характер»

На очередном съезде адвокатов говорили о притеснениях со стороны силовиков, имущественном расслоении в московской адвокатуре и козырь на тот случай, если власти обидят корпорацию в вопросе о страховых взносах. Предложения не повышать отчисления на Федеральную палату адвокатов и оставить лазейки для сотрудничества адвокатов с правоохранителями не прошли. А Генри Резник заклинал даже и не вспоминать про изменение законов об адвокатуре.

Вчера Центральный дом ученых в Москве принимал Всероссийский съезд адвокатов. На мероприятие приехали более 150 представителей из 80 адвокатских палат субъектов, не было лишь делегатов от Магаданской и Омской областей, а также Еврейской автономной области. Не появились и представители Минюста, Госдумы и Совета Федерации. Прошел съезд стремительно: выступавшие часто не выбирали отведенное по регламенту время для выступлений, и закончилось все на час раньше запланированного срока.

Как обижают адвокатов

Свое выступление президент Адвокатской палаты Москвы Генри Резник посвятил рассказу о проблемах корпорации. «Некоторые нарушения профессиональных прав адвокатов приобрели будничный характер», — начал он. Сотни раз за год, по его словам, фиксируются попытки правоохранителей превратить защитника по делу в свидетеля, выбив его из процесса. Обыски у адвокатов встречаются реже — порядка трех десятков в год, но, подчеркивал Резник, «таких нарушений быть не должно». «Каждый случай посягательства на адвокатскую тайну, проведения незаконного обыска в офисе должны рассматриваться как чрезвычайное происшествие», — говорил он.

Вторая проблема — это покушения на адвокатов и их убийства. «Мы относимся к группе риска, как судьи, следователи и прокуроры», — заявил Генри Резник. И предъявил информацию, позволяющую заподозрить правоохранителей в дискриминации адвокатов: только каждое третье убийство защитника раскрывается. «Из 33 преступлений за последние 10 лет раскрыты только семь. Это примерно вдвое ниже средней раскрываемости», — сетовал президент московской адвокатской палаты и призывал своих коллег «брать каждое дело на контроль».

Коротко покритиковал Резник законодателей, которые никак не установят административную ответственность для чиновников, игнорирующих адвокатские запросы. «Пока нет санкции, нарушения будут продолжаться», — полагает он. Мало того, работать стало сложнее: защитники не включены в число операторов персональных данных и теперь получить документы из госорганов, по словам президента Адвокатской палаты Москвы, «стало колоссальной проблемой».

Козырь в вопросе о взносах

Но жестче всего Резник критиковал российских законотворцев из-за повышения размера страховых отчислений для самозанятых лиц, к которым относятся нотариусы, индивидуальные предприниматели и адвокаты (с 1 января 2013 года они выросли с 14 386 руб. до 35 665 руб.). «Это очень больно ударяет по профессиональному составу профессионального сообщества, — говорил с трибуны глава Адвокатской палаты Москвы. Причину Резник видит в «абсолютно искаженном» представлении о средних доходах адвокатов в России, где многие работают почти исключительно по назначению, а размер вознаграждения у них таков, что лучше всего охарактеризовать его словами «слезы и унижение».

«Приходится доказывать, что адвокаты во многих регионах ведут тяжелую жизнь, — говорил он. — Даже если брать Москву, которая отличается от других регионов, то даже в ней треть адвокатов «живет очень тяжело». Другие две трети Резник отнес к бизнес-защитникам и «крепким профессионалам». Обе эти категории, по его информации, «неплохо зарабатывают».

Страховые отчисления могут и снизить. После того как число индивидуальных предпринимателей в России стало быстро сокращаться, президент Владимир Путин пообещал изучить этот вопрос. Адвокаты беспокоятся, что власти, когда пойдут на попятную, забудут про защитников, а потому заготовили козырь на этот случай. «В 1997 году государство впало в фискальную паранойю, и в шесть раз скакнули страховые взносы, — вспоминал Резник. — Мы пошли в КС получили два постановления. В них сказано, что нельзя уравнивать тарифы для работодателей и самозанятых лиц. А теперь мы решили так: подождем, что будет с индивидуальными предпринимателями. Если они [власти — «Право.Ru»] смогут обеспечить снижение [для них] ставки, то ее сохранение для адвокатов будет прямым нарушением КС».

Разговоры о невеликих доходах адвокатов аукнулись, когда речь зашла о повышении со ста двадцати до 170 руб. отчислений на нужды Федеральной палаты адвокатов. Президент тюменской адвокатуры Василий Яковлев возмущался: «Мы только что говорили — адвокаты живут очень тяжело. Тем не менее мы увеличиваем взносы. Считаю, что повышать их практически на каждом съезде ненормально. 93,5 млн руб. (получает ФПА в год — «Право.Ru») вполне достаточно, это приличные деньги». Но услышан Яковлев не был: его предложение сохранить отчисления на прежнем уровне поддержали только семь человек.

Что было бы в судах?

Президент Гильдии российских адвокатов Гасан Мирзоев предложил «сконцентрировать усилия адвокатуры над работой в части совершенствования федерального законодательства об адвокатуре». Но с ним ожесточенно принялся спорить Резник. «Говорить, что нам нужно броситься на совершенствование закона об адвокатуре — это просто не учитывать той ситуации, которая сейчас создалась на законотворческом поле», — возмутился он. Последовавшие затем объяснения можно было понять так, что идеи изменения законодательства могут обернуться против корпорации и не стоит будить лихо, пока оно тихо. «Я костьми ложился против поправок, которые уже восемь лет пылятся в Госдуме, — рассказывал Резник. — Там есть поправка, которая превращает нас просто в пугливых кроликов, уничтожает независимость адвокатуры».

Это отмена нормы, когда решение Совета палаты по дисциплинарному производству в отношении адвоката носит окончательный характер. Согласно законопроекту, рассказывал Резник, все заявители получают право обжаловать его в суд. «На всех адвокатов Михаила Ходорковского приходили представления на прекращение статуса. Мы ни одно не удовлетворили. Вы можете себе представить, что было бы, если бы у органов юстиции была возможность идти в суды?» — Резник явно не верит в независимость российских судов. По его словам, реформа законодательства об адвокатуре должна быть «тонкой, ажурной» работой, чтобы «ликвидировать лакуны».

Новые стандарты этики

Серьезной дискуссии по поводу новой редакции Кодекса профессиональной этики адвокатов не получилось. Документ неоднократно обсуждался, представители региональных палат присылали свои предложения, объяснил вице-президент Федеральной палаты адвокатов Юрий Пилипенко и продемонстрировал увесистую пачку бумаги. Но недовольные текстом все же были. Президент удмуртской палаты Дмитрий Таланов настаивал на том, что формулировка «сотрудничество с органами, осуществляющими оперативно-разыскную деятельность, в ходе осуществления адвокатской деятельности, несовместимо со статусом адвоката» является некорректной.

«В законе об адвокатуре и адвокатской деятельности в РФ говорится, что не разрешено запрещается «негласное сотрудничество. [А оперативникам] запрещается использовать конфиденциальное содействие адвокатов, — объяснял он. — Нужна короткая поправка в КПЭА: [запрещено] «сотрудничество на негласной основе». А качестве аргумента привел в пример случай, когда доверитель попросит защитника написать заявление в полицию о том, что его, например, хотят убить. По мнению Таланова, тут можно будет усмотреть сотрудничество адвоката и правоохранителей.

— По просьбе доверителя [нужно] пойти и сделать заявление. Это далеко не сотрудничество [с правоохранителями]. Это иная форма адвокатской деятельности. Текст в проекте совершенно правильный, — не согласился президент Адвокатской палаты Воронежской области Владимир Калитвин. Не поддерджали Таланова и большинство участников. Кодекс был принят в версии, обнародованной 13 апреля. В него было внесено лишь несколько несущественных корректив.

«Право.ru» предлагает вам посмотреть отрывки из известных произведений и квалифицировать преступления героев. Если там, конечно, есть, что квалифицировать: может быть, волк просто играл с козлятами, а госпожа Беладонна помогала Фунтику найти путь в жизни.

По статистике Судебного департамента при ВС, в федеральные суды общей юрисдикции и мировые суды за 2017 год поступило 2457 дел о взыскании возмещения по страхованию жизни, из которых 2030 удовлетворено, 236 удовлетворено частично и по 196 делам отказано в удовлетворении. По удовлетворенным искам суды взыскали в общей сложности 139 млн руб., включая моральный вред. Чтобы страхователю добиться выплаты возмещения, главное – доказать, что случившееся событие относится к страховому случаю.

В пользу страхователя

Олег Азриев* перед путешествием в Республику Кипр застраховал свою жизнь по риску «медицинские услуги и медико-транспортные расходы» и дополнительному риску «спорт» в компании ООО «Зетта страхование». Страховая сумма составила €100 000. В период действия договора Азриев занимался дайвингом, и у него возникли симптомы декомпрессионной болезни. Лечение в кипрской клинике стоило €33 545.

Когда Азриев обратился в страховую, ему возместили лишь €9610, сообщив, что его случай не страховой. Черемушкинский районный суд и Московский городской суд поддержали компанию: по их мнению, декомпрессионная болезнь возникла у Азриева не в результате занятий дайвингом как спортивной дисциплиной, а из-за подводного плавания. Суды также сослались на то, что оплата специфического лечения — гибербарической оксигенизации и реабилитация не являются страховыми случаями. Кроме того, истец каких-либо расходов на оплату своего лечения не понес, в связи с чем требовать оплаты может только клиника.

Верховный суд напомнил: добровольная выплата страховщиком части возмещения свидетельствует о признании им факта наступления страхового случая. Значит, страховщик обязан доплатить возмещение (п. 3 ст. 10 закона об организации страхового дела). При этом, как отметил ВС, нижестоящие суды не определили: входят ли в состав медицинских расходов какие-либо расходы, не связанные с гибербарической оксигенизацией и реабилитационным лечением. Также суды не установили, указана ли клиника в договоре личного страхования в качестве выгодоприобретателя. Поэтому ВС отменил вынесенные акты и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (№ 5-КГ18-118).

«ВС обосновано отправил это дело на пересмотр. Дело в том, что нижестоящие суды не дали надлежащего толкования договору и тому, как в условиях полиса был обозначен объем страхового покрытия под названием «спорт». Очень неочевидный вывод судов о том, что право требовать возмещение по дополнительным расходам имел не сам застрахованный, а клиника», – считает партнер «Первой Юридической Сети» Павел Курлат.

Игорь Филатов* заключил договор страхования от несчастных случаев, в период действия которого получил первую группу инвалидности. Согласно договору, наступление инвалидности в результате несчастного случая отнесено к страховым рискам, но страховая решила ему не платить – поскольку инвалидность была установлена в результате заболевания. Однако суды поддержали страхователя, а ВС указал: и в заявлении, и в полисе отсутствует указание на какое-либо различие между наступлением инвалидности от несчастного случая и от заболевания. Сведений о программах, предусматривающих страхование лишь от болезни или от болезни в дополнение к несчастному случаю, не имеется. Поэтому страхователь получил 1 млн руб. возмещения и 300 000 руб. компенсации морального вреда (№ 18-КГ17-27).

Иван Солнцев* в период действия договора страхования жизни попал в ДТП и получил телесные повреждения. Страховая отказалась выплачивать возмещение, ссылаясь на предоставление клиентом недостоверных сведений. Дело в том, что при заключении договора Солнцев указал, что не страдает какими-либо заболеваниями, не является инвалидом и документы на установление группы инвалидности не подавал. При этом он приложил справку, согласно которой является инвалидом 2-й группы по общему заболеванию.

Кузьминский районный суд поддержал страховщика, а Мосгорсуд – страхователя. Апелляция отметила: если страхователь сообщил недостаточно обстоятельств либо есть сомнения в их достоверности, страховая могла сделать письменный запрос и все уточнить. В указанном деле такого запроса не было, дополнительные сведения не истребовались, здоровье Солнцева страховщик не проверял. Кроме того, временная нетрудоспособность возникла у клиента вследствие полученных травм при ДТП и не состоит в причинно-следственной связи с установленной инвалидностью. Поэтому судебная коллегия Мосгорсуда взыскала страховое возмещение, неустойку, компенсацию морального вреда, штраф и расходы на оплату услуг представителя (№ 33-47972/2017).

Олег Мухин* принял участие в Программе добровольного коллективного страхования, а спустя время умер от рака верхней доли правого легкого. Его наследник обратился за выплатой возмещения, но получил отказ: при заключении договора Мухин указал на отсутствие у него сердечно-сосудистых заболеваний. Тогда наследник подал иск о взыскании страхового возмещения в размере остатка кредитной задолженности на дату наступления страхового случая, а также положительной разницы между страховой выплатой и остатком задолженности, компенсации морального вреда и судебных расходов. Страховщик предъявил встречный иск о признании договора недействительным. Басманный районный суд Москвы постановил взыскать в пользу банка страховое возмещение, а в пользу наследницы – страховое возмещение, убытки, расходы по уплате госпошлины и юруслуг. В удовлетворении встречных требований суд отказал. Он сослался на то, что смерть застрахованного лица произошла вследствие заболевания, не соотносящегося и не состоящего в причинно-следственной связи с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Мосгорсуд подтвердил правильность этого решения (№ 33-38962/2017).

В пользу страховщика

Ирина Федина* заключила с ОА «СОГАЗ» договор личного страхования, но при заполнении анкеты не указала, что перенесла несколько операций и проходила лечение. В период действия договора Федина скончалась из-за развившегося после гастропластики перитонита. Ее наследник обратился за страховой выплатой, но получил отказ. В суде ОА «СОГАЗ» ходатайствовало о назначении посмертной судебно-медицинской экспертизы, которая установила: Федина страдала тяжелой формой ожирения, выраженной в нарушении пищевого поведения, в связи с чем ей был проведен целый ряд бариатрических операций. При этом каждая последующая операция была следствием неэффективности предыдущей и возникающих послеоперационных осложнений. Сокрытие этих сведений при заключении договора страхования привело к тому, что Кунцевский районный суд и Мосгорсуд встали на сторону страховой компании (№ 33-6150/2018).

Евгений Петров* заключил договор личного страхования, в котором в качестве рисков указывались болезнь, смерть, инвалидность 1 и 2 группы и временная утрата трудоспособности из-за несчастного случая. В период действия договора Петров скончался от острой сердечной недостаточности, развившейся в результате заболевания сердца. В анкете Петров указывал, что никогда не страдал от заболеваний сердечно-сосудистой системы, но страховая представила доказательства хронической болезни клиента. Это обстоятельство привело к тому, что Мосгорсуд признал договор страхования недействительным, а наследники Петрова не получили страховое возмещение (№ 33-1268/2018).